September 27th, 2010

Сара Агасси

Шестьдесят четыре года назад в иерусалимском отеле «Царь Давид» прогремел взрыв. Теракт был организован еврейской подпольной организацией «Иргун» против британской администрации в Палестине, чья штаб квартира находилась в этой гостинице в центре Иерусалима. Акция еврейских подпольщиков стала самой «кровавой» за всю историю деятельности «Иргуна», просуществовавшей с 1931 по 1948 годы. В результате взрыва 91 человек погиб, 46 получили ранения, причём некоторые из пострадавших находились за пределами отеля. Среди погибших — 41 араб, 17 евреев, 28 британцев и пятеро лиц других национальностей. Теракту предшествовала так называемая «Черная суббота» 29-го июня 1946-го года, когда англичане провели обыски и массовые аресты среди членов еврейского подполья в Иерусалиме, Тель-Авиве, Хайфе и других населенных пунктах Палестины.

Сара Агасси — одна из тех, кто принимал участие в подготовке и осуществлении теракта в отеле «Царь Давид». В планы «Иргуна» не входило большое число жертв. За полчаса до взрыва Саре и 16-летней Адине Шай было поручено сообщить о том, что гостиница заминирована. Девушки сделали три звонка: в администрацию отеля, в офис газеты «Palestine Post»и во французское посольство, находившееся недалеко от отеля.



«И тогда началась паника, — вспоминает Сара Агасси. — На улицах Иерусалима послышались выстрелы. В суете люди стали закрывать свои магазины и разбегаться. Я побежала к своему отцу в магазин, чтобы вместе поскорее уйти домой. Как только мы закрыли магазин, прогремел взрыв и над Иерусалимом поднялся огненный гриб, как в Хиросиме. Все вокруг стало черным… Тогда я поняла, что дело сделано».

Агасси признается, что о количестве жертв узнала только спустя пару дней: «Тогда не было ни радио, ни интернета. Среди погибших оказалась сестра одного из членов нашей организации. Он, вероятно, ничего не знал о готовящемся взрыве, поэтому и не предупредил сестру. Она работала секретарем».

Сегодня Саре 83 года. Всю жизнь она старалась не упоминать свое «боевое» прошлое. «Через несколько лет после теракта мы приехали в гости к друзьям, и я стала хвастаться тем, что имела непосредственное отношение к теракту, — говорит она. — Оказалось, что отец хозяина дома погиб во время взрыва. Это стало ударом для меня, и я поклялась никогда не говорить об этом впредь».

Агасси признается, что была уверена в том, что после их предупредительных звонков люди сразу же покинут здание гостиницы. «Разве можно поступить по другому, если тебе сказали, что в отеле заложили аж две бомбы?! — недоумевает она. — Все дело в Шоу, люди погибли из-за него». Сара имеет в виду главного секретаря правительства Палестины Джона Шоу, который, согласно одной из версии, отказался эвакуировать людей, объяснив свое решением тем, что «не подчиняется указам евреев».

Тем не менее, невзирая на жертвы, спустя 64 года Агасси не жалеет о содеянном. «Я сделала то, что должна была сделать. Я ни о чем не жалею, — говорит она. — Мы не раз выступали против британцев, минировали их автомобили. Взрыв в отеле получил такую огласку только потому, что нанес удар в самое сердце Британского мандата».

Сара Агасси (урожденная Гольдшмидт) родилась в религиозной многодетной семье. Во времена Османской империи ее отец сражался за поселение Гиват Шауль. «Я до сих пор помню оружие, которое отец прятал за изгородью, — рассказывает Сара. — Он придерживался националистических сионистских взглядов и не хотел знать своих родственников из Америки до тех пор, пока они не репатриируются в Израиль». В то время Гиват Шауль был изолированным еврейским поселением, у жителей которого нередко случались стычки с арабами из соседней деревни Дир-Ясин.
Юная Сара вступила во Всеизраильское движение бойскаутов «Цофим», еврейскую националистическую организацию «Поалей Цион» и даже в экстремистскую группировку «Хашмонаим». Приятель помог ей вступить в ряды полувоенного движения «Пальмах», а позже Сара стала членом молодежного сионистского движения «Бней-Акива».

«Наша группа состояла из шести девочек, — вспоминает Агасси. — Мы изучали идеологические основы и учились обращаться с оружием. В Петах-Тикве мы тренировались стрелять из винтовки. После прохождения курсов мне дали командовать тремя отрядами. В августе 1944-го года я сбежала из дома в летний лагерь «Бейтар», где познакомилась со своим будущим мужем Цви. Он – лучшее, что случилось со мной за все то время, что я провела в “Иргуне”».

После взрыва в отеле «Царь Давид» Сара вышла замуж, переехала в Тель-Авив и родила сына. На церемонию обрезания приехал сам Менахем Бегин, руководитель «Иргуна» и будущий премьер-министр Израиля. «Для нас Бегин был кумиром, — говорит Сара. — Но позже я разочаровалась в нем. В 1972-м году во время визита в Лондона в британской прессе Бегина назвали “террористом” и “убийцей”. В ответ он пообещал собрать свидетельства всех очевидцев теракта в отеле сразу, как только вернется в Израиль. По возвращению он вызвал меня и штаб «Ликуда» и попросил выступить на специальной пресс-конференции. Я ему объяснила, что я работаю в руководстве «Гистадрута», и что если меня увидят здесь, то непременно уволят.

Но Бегин пообещал, что возьмет меня “под свое крыло”. На следующий день после пресс-конференции меня уволили. А когда, я пришла к Бегину, он сказал, что у партии нет денег на меня. Я была в ярости, но мы сохранили отношения… Все таки Бегин был неплохим человеком».
О своей жизни Сара Агасси поведала в короткометражном фильме, снятом в рамках документального проекта jewishbiography.net, посвященном отношениям между евреями и арабами.
«Моя совесть чиста. Мы же всех предупредили! — повторяет Сара, вспоминая теракт в гостинице «Царь Давид». — А когда англичане убивали евреев за расклеивание листовок?.. Шла война, а мы были солдатами. Мы ни в чем не сомневались и беспрекословно выполняли приказы».

Материал подготовил Михаил Завадский
Источник: http://www.jewish.ru/history/israel/2010/07/news994287706.php

Генриетта Герц

Генриетта родилась в еврейской семье, её предки по отцовской линии бежали от инквизиции из Португалии. Отец Генриетты — знаменитый врач и директор еврейской больницы в Берлине, мать — дочь еврейского врача. Генриетта получила хорошее образование, в особенности, в области иностранных языков. Когда ей исполнилось 12 лет, состоялась её помолвка с врачом Маркусом Герцем, а свадьба была сыграна через два года. Маркус Герц, приверженец идей Просвещения и ученик Канта, читал в своём доме лекции о философии Канта и вёл кружок на научные и философские темы. Генриетта, увлекавшаяся литературой, вскоре собрала вокруг себя молодых людей, интересующихся литературой.



В то время, когда её супруг принимал высокопоставленных политиков и деятелей культуры, Генриетта в соседней комнате вела женский кружок, занимавшийся преимущественно литературой «Бури и натиска» и творчеством Иоганна Вольфганга Гёте. Из двух этих кружков появился знаменитый берлинский салон, где вращались политики, учёные, деятели искусства, литераторы и философы. Среди них были братья Александр и Вильгельм Гумбольдты, супруга Клеменса Брентано Софи Меро-Брентано, Жан Поль, Рахель Левин и Фридрих Шлейермахер.

Фридрих Шлегель познакомился здесь с Доротеей Фейт, старшей дочерью философа Мозеса Мендельсона, которая впоследствии стала его женой. Вильгельм фон Гумбольдт встретил здесь свою будущую супругу Каролину фон Дахрёден. В салоне сталкивались самые различные литературные направления, эпохи и слои общества, и эти дружеские отношения между немецкими и французскими учёными и деятелями искусства были безусловно заслугой Генриетты Герц.

Маркус Герц умер в 1803 году. Генриетта была вынуждена прекратить свою общественную деятельность и присоединиться к кружку Рахель Фарнхаген. Начиная с 1813 года она только давала уроки детям бедняков, но слава не оставляла её. В 1817 году Генриетта прошла обряд крещения и перешла в протестантское вероисповедание.

С апреля 2000 года имя Генриетты Герц носит одна из площадей Берлина.

Источник: википедия